Об учителях и оценках

У Вари учительница, что называется, чистое золото -- спокойная, мягкая женщина где-то между тридцатью и сорока, внимательная, не слишком жесткая, но и не чересчур податливая... правильная, в общем, учительница для первоклашки. А я когда-то давно имела неосторожность рассказать Варе об учительнице, у которой я училась в начальной школе -- скандальной и довольно-таки жестокой женщине, которая лупила нас линейкой по головам, любила поиздеваться над любой оплошностью и пару раз пыталась приколоть нашего главного хулигана к доске -- канцелярской кнопкой за ухо. Наталья Евгеньевна, жаль, фамилию не помню. Если б я тогда не была уверена, что взрослые всегда правы, я бы ее ненавидела. На Варьку рассказ произвел неизгладимое впечатление, она постоянно сравнивает свою и мою учительницу и очень мне сочувствует.

Вчера под очередной разговор "как хорошо, что хотя бы в первом классе ты училась не у той злой женщины" мы потихоньку выплыли на Варины школьные дела. У Вари в классе есть записной хулиган, мальчик Вова -- хулиганит сравнительно невинно (не маргинальная семья, нет), но постоянно -- то сломает что-нибудь, то у Вари пенал разрисовал ручкой, то еще что-нибудь. Варя, похоже, пока не понимает, как к этому Вове относиться -- с одной стороны, всем уже дали понять, что такое поведение в школе порицается; с другой Вова даже на ее взгляд сравнительно безобиден, да и пенал пострадал несильно. Ну и вообще Варя имеет слабость к хулиганистым мальчикам. :) И мы с ней говорили о том, что не стоит вот так вот этого Вову несчастного клеймить навсегда хулиганом, и что из таких хулиганов часто вырастают хорошие сильные люди, и что часто дети начинают хулиганить, если у них на душе плохо, или в семье что-то, ну и все такое. Варя прониклась.

А я под это дело вспомнила еще одну свою учительницу из той же школы. Вообще я не одну школу сменила (переезжали мы часто) и не один десяток учителей повидала, но все они были или хорошими, или никакими. За двумя исключениями. Наталья Евгеньевна, та самая злюка с кнопкой; и Лидия Ефимовна, учительница алгебры из той же школы.

Я проучилась у нее три последних школьных года, но не знаю, какой она была учительницей -- говорили, что сильной, хорошим преподавателем. Но она была человеком одной оценки. Оценка, которую ты получил у нее первой, оставалась с тобой до конца школы. Я получила тройку и четверку, а потом загремела в больницу на три недели. По итогам четверти вышла тройка.

Поначалу, не въехав толком в школьные правила (до того я два года проучилась на экстернате и изрядно подзабыла, что такое школа), я попыталась тройку исправить. Получила еще одну. И еще. Я растерялась было, но учительница заболела, и ей на смену пришла другая. У новой учительницы мои оценки как-то сразу улучшились -- до сих пор помню себя, дылду-девятиклассницу, с восторгом держащую в руках контрольную работу без единой ошибки и с небрежной красной пятеркой внизу. Главное, четверки и пятерки эти пошли в журнал, и Лидия Ефимовна, вернувшись, увидит, что я могу лучше, чем она думает.

Она вернулась. И сказала, что это ошибка, и что я как-то ухитрилась смухлевать, и что моя безошибочная контрольная тоже ошибка -- слишком простая, к таким полагается добавлять две олимпиадных задачки, чтобы решившие стандарт получали тройку, одну олимпиадную -- четверку, и только за две безупречно решенных олимпиадных задачи полагается пятерка. Так что моя пятерка ненастоящая и на самом деле вовсе тройка.

Геометрию тоже вела Лидия Ефимовна. По обоим предметам у меня в аттестате стоят тройки. Из всего материала за три класса я помню только то, что учила в те первые две четверти.

Мне до сих пор хочется встретить ее на улице и не поздороваться. Хотя она, конечно, помнит меня не лучше, чем я -- ее алгебру.